Великий магистр Павел I
Судьба на долгие годы связала жизнь российского императора Павла I и французского принца Луи-Жозефа Конде. Интересно проследить историю их взаимоотношений в свете политических событий тех лет и одновременно показать, как это отразилось на формировании художественного облика «старой Гатчины». |
 План Шантильи |  Памятник коннетаблю Анн де Монморанси |
Самым знаменитым в этой семье был коннетабль Анн де Монтморанси (1493-1567). Он участвовал во всех сражениях королевской армии и получил высшее военное звание исключительно за выдающиеся таланты военачальника и политика при короле Франциске I. Даже смерть настигла Анн де Монтморанси в сражении при Сен-Дени.
Прирожденный воин, «человек грубой внешности, с суровым зловещим взглядом», коннетабль вместе с тем «имел очень тонкий вкус». По словам Густава Макона, хранителя музея Шантильи в начале XX века, Анн де Монтморанси «не только строил красивые замки, но также был страстным собирателем образцов мебели, предметов старины, коллекционировал манускрипты, книги». В Шантильи Анн де Монтморанси провел первую большую реконструкцию: замок был перестроен в ренессансном стиле по проекту Жана Бюллана, вокруг разбит парк, а за ним на огромной территории простирались охотничьи угодья. Там хозяин со своими многочисленными гостями «загоняли оленя и дикого кабана». В это же время перед замком появилась известная площадь Коннетабля. Три века спустя в России по воле императора Павла I аналогичные площади тоже будут сооружены перед Гатчинским и Михайловским замками.
 Великий Конде |
Во времена Великого Конде масштаб строительных работ в Шантильи не уступал королевским в Версале. У принца работали такие известные архитекторы как Франсин, Совер, Мансар и непревзойденный мастер ландшафтной архитектуры Андре Ленотр, которого называли «королевским садовником и королем садовников». Не случайно Шантильи стали называть «Версалем Конде».
Великий Конде был «выдающимся патроном искусств», коллекционером, главным защитником Мольера, близким другом Буало, Расина, Боссюе, мадам Севинье, Лафайета, Лабруера и Лафонтена. Его салон в Шантильи объединял ведущих современных светил музыкального и литературного мира, с которыми «он мог общаться как равный с равными».
 Шантильи |  Шантильи |
Бесконечные дворцовые интриги заставляли великого полководца сражаться не только на поле брани, но и при дворе ради благосклонности Людовика XIV. В этой борьбе Гран Конде с успехом использовал талантливых людей, огромные средства и красоты Шантильи: роскошный замок, великолепный парк с каналом, «самым прекрасным во Франции», аллеями и партерами среди зеркальных прудов, ниспадающими каскадами и фонтанами, которые «не молчали ни днем, ни ночью». Конде превратил Шантильи в «театр пышных праздников», которые прерывались только военными походами или временной опалой короля.
Широко известны баснословно пышные, роскошные, расточительные приемы, которые устраивались для Людовика XIV. Например, памятный королевский прием в Шантильи 23 апреля 1671 г., на котором присутствовало более пяти тысяч человек, было сервировано 60 столов на 80 кувертов каждый по три раза в день. Тогда-то случилась трагедия, о которой упоминает мадам Севинье в своих «Письмах», с метрдотелем Конде. Шеф кухни Ватель покончил жизнь самоубийством из-за задержки к королевскому столу рыбы, «соответствующей тому изысканному набору яств, которое там было представлено».
 Большие конюшни в Шантильи |
В.В. Федорова
Исторический журнал «Гатчина сквозь столетия»